Возможности организма | Йога-центр "Sport.Rops". Йога для всех

Возможности организма

Такую попытку я бы назвал даже не просто экологией, а социоэкологией. А возможности организма зависят от того, чем он занят. Если он непрерывно занят вычищением своих собственных конюшен имени товарища Авгия, то у него нет запаса прочности, чтобы бороться с внешними воздействиями, и он, естественно, начинает на них неправильно реагировать. Этот процесс иногда называют «аллергией замедленного типа», то есть тоже не совсем аллергией. Вот как аутоиммунный процесс аллергией не назовешь, так и это лучше считать пищевой непереносимостью замедленного типа10. «Замедленного» означает только, что мы не можем найти или вычислить пусковой механизм. Продукт попал в организм сегодня, а реакция возникнет через полгода. Быть может, это происходит в результате постепенного сокращения возможностей организма? Ведь мгновенная реакция тоже не обязательно является признаком пускового механизма, ее может вызвать случайно попавший сиюминутный раздражитель. И таких раздражителей — разнородных «сократителей возможностей» — может найтись сколько угодно. Это мы наблюдаем довольно часто. Вот у человека аллергическая реакция на рыбу; но если исключить из его рациона, к примеру, молочные продукты, вдруг «непереносимость» рыбы исчезает. Значит, реакция на рыбу просто оказалась выше индивидуального порога раздражения. Но когда, освобожденный от «молочного фона», этот порог сам повысился, то реакция оказалась уже в пределах возможностей. Медицина в этом смысле рассуждает линейно: если съеден такой-то продукт, то получена такая-то реакция. Ладно, убрали этот продукт, но реакция все равно осталась. Тогда нашли другой и тоже убрали.

В итоге возникает ситуация, которая у аллергологов называется «аллергия на жизнь» — ну все нельзя. А дело-то в каком-нибудь банальном продукте, который сам реакции не вызывает, но так опускает порог переносимости, что иммунная система начинает срабатывать на все подряд. Поэтому попытки борьбы с отдельными аллергенами бесполезны. Представьте человека с огромным списком запрещенных ему аллергологами продуктов. И куда ему деться на этой земле, чтобы на что-нибудь случайно не среагировать? А в период цветения как быть? Метаться как угорелому от Крыма и Кавказа до Чукотки и Сибири?

Здесь главное — вопрос подхода к проблеме. Если у человека аллергический насморк, то можно, конечно, непрерывно стирать носовые платки, держать в шкафу гигантскую стопку, но даст ли эта стопка эффект? Ведь демонстрация стираного платка не говорит о том, что нет насморка. Тем не менее аллергологи гипосенсибилизируют больного к какой-нибудь траве сборной или аллергенам злаков. У нас злаков, если память не изменяет, тринадцать тысяч видов на земле. И чего, ко всем гипосенсибилизировать? Поэтому такой подход вреден еще и стратегически. Выстраивается неправильная линия поведения. Более того, постоянное раздражение механизма его истощает, и реакция пропадает. Скажем, у больных туберкулезом в острой форме реакция Манту отрицательная — реагировать нечем. Другой классический пример: после того как больных поллинозом гипосенсибилизируют, они перестают реагировать на пыльцу, но у них начинаются приступы бронхиальной астмы при запахе какой-нибудь краски. А почему? Потому что причина все равно осталась: подавили только симптом — реакцию на цветение, а организм выход все равно найдет — будет реагировать на что-нибудь еще. Когда борьба с симптомами становится самоценной величиной, то пропадает весь смысл лечения. Из такого подхода логически вытекает метод лечения анализов, при котором больной абсолютно не нужен.

Вы определяете реакцию на продукты в крови; как вообще-то она реагирует?

Положительная реакция означает, что продукт присутствовал в крови в том или ином виде. Причем организм определил его как чужеродный. Я же тестирую не кусок мяса, а некую коллоидную субстанцию, определенным образом разведенную. В реактивах концентрации очень низкие. Вот зачем организму нужно шесть метров кишок? Потому что кишечник — это конвейер, каждый участок которого имеет свое приложение, свою функцию. Площадь кишечника колоссальная, там живет огромное количество разных бактерий, с взаиморегулируемыми отношениями, и существуют они в симбиозе с нами.

Так вот, если в закономерном пути какого-либо продукта по конвейеру есть дефект — тех бактерий не хватает или других, то обрабатывается продукт неправильно. Если кишечник здоров, то неправильная еда большого вреда не принесет — некоторые едят абы как, и ничего особенного не происходит. Но барьер -это не одна кишечная стенка, а еще то, что на ней живет. Достаточно нарушить одну часть симбиоза, чтобы развалилось все. Немедленно возникает «дыря-вость» барьера. Причем способ проникновения может быть разный. Вот с помощью электронной микроскопии показали способ, который называется транс-цитоз — через клетки, через их соустья. Или макрофаги-нейтрофилы свою «ногу» высовывают в кишечник и затаскивают то, что они, очевидно, путем иммунных барьерных реакций определили как нужное им. Но это частности, главное, что информация о съеденном в кровь проникает. Я считаю, что формулировать вещи надо радикально. У одной фразы не может быть восемнадцать толкований. Иначе из христианской морали рождается фашизм, и только потому, что неправильно понята начальная задача.

Комментирование на данный момент запрещено, но Вы можете оставить ссылку на Ваш сайт.